Верона проживала одна. Вставала рано, заплетала косу и шла на работу. 
Кофе не любила, зато упивалась чаем. От сладкого к чаю бедра добрели. Верона принимала их с любовью. Носила блузки с высоким горлом, чтобы обтягивало, но скрывало белёсую веснушчатую грудь. 
Заходя в офис, кидала веселенькое:
- Салю! 
И тут же начинала принимать звонки, журча в трубку. Продавала туры за границу. Зарабатывала прилично, но особых потребностей у нее не было, а жажда ощущений была. Поэтому все до копейки Верона спускала в подпольном казино в подвале их новостройки. Если пару дней пропускала – в раковине вырастала горка посуды, а в организме – число углеводов.
       Убегая от ночных оргий с едой, ярко мазала губы и шла в подвал. 
Там и встретила миллионера Яшика, который в момент бросил жену, поддавшись очарованию пышнорадостной Вероны. 
Яшик был невысок, харизматичен и полулыс. С грустной щербинкой между передними зубами. До того грустной, что Верона тут же поцеловала его прямо в губы и полюбила навеки.
В казино не привыкли ныкать праздники, потому ягермейстер в тот вечер литрами лился на дешевое сукно. 
Незаметно Верона перевезла Яшика к себе, не задавшись вопросом, где хранятся его миллионы. 
Жизнерадостная Верона семьсот дней жила в раю. Яшик заваривал ей крепкий утренний чай, не жалея насыпал сахару и раскладывал купленные женой булочки. Неизменно гладил пухловатую ножку с венозной сеточкой. Верона нежилась и захотела было иногда прогуливать работу, но Яшик погрозил коротким пальцем и сказал, что будет нехорошо, если Верону выгонят с работы. Выяснилось, что за пользование услугами казино капитал Яшика пребывал на некотором аресте, посему «Пыше нужно немного подождать, и скоро Яша впервые повезет ее за границу. Ну конечно, в Верону, не в Париж же какой-нибудь».
«И будем стоять под тем самым балкончиком и лобызать друг другу рты», -думала счастливая Верона, но вслух сказать не отважилась. Не очень-то любил муж лобызаться.
Яшик перестал выходить из дома, оплыл. Днями смотрел путешествия по кабельному, все реже на веронин зад и еще больше грустнел.
Верона почти удвоилась в бедрах, перестала ходить в казино и начала откладывать деньги на поездку. 
Поначалу Яшик плелся в коридор, шаркая большими тапками и целовал ее макушку, подтягиваясь на кончиках пальцев, когда она, широко улыбчивая, приходила с работы. А потом ему стало лень. И он только кричал, слегка отодвинувшись от телевизора:
-       Веронь, приготовь чего, а то сидел и похудел.
Верона бросалась на кухню, жарила, парила и кормила грустного Яшика. 
Но всему приходит тот или иной конец. 
Яшик вдруг схуднул и похорошел. 
Как-то раз блеснул глазом на надоевший телевизор. Забрал веронины накопления и отправился в дальнее-предальнее казино вновь испытывать судьбу. 
Оказалось, что и паспорт у него поддельный. Может, и был он не Яшик, а, например, Володя. 
Верона взяла отпуск. Обменяла остатки зарплатных денег на еду и тут же все съела. Прорыдала тринадцать дней и четырнадцать ночей. Потом решила, что любил, раз жил с ней целых два года. Тем утешилась, намереваясь изо всех сил ждать, надеяться и верить. 
А пока натерла губы помадой, натянула водолазку и спустилась в полуподвал соседнего дома, потому что в ее казино закрыли.
С тех пор любви в жизни Вероны больше не случилось, потому что Яшик не вернулся, а по части грусти он был неотразим, и утрата - невосполнима. 
А Яшик любовь еще раз пять нашел, но в итоге всю потерял. 
Потому что все мы смертны.


Фото: Florin Gorgan